Док. № 5. Из стенограммы объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР. Москва, 5 декабря 1932 г.

Версия для печати

Из стенограммы объединенной конференции
санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР.

Москва, 5 декабря 1932 г.

Выступление председателя конференции Мешалина[1]
о задачах санитарно-просветительных театров.

Председатель т. Мешалин: Разрешите настоящую конференцию в составе представителей Украины, а также московских театров и театра НКЗ считать открытой.

НКЗ и органы здравоохранения вступили в новую сферу свое работы по санитарно – массовой работе. Сегодня мы видим, то до сих пор у нас еще не было такой конференции и это нужно считать минусом работы органов здравоохранения. Очень плохо, что они не обменивались опытом своей работы.

Мы мыслим театр и тематику построить, таким образом, чтобы театр санитарной культуры отражал задачу здравоохранения сегодняшнего дня. Конечно, во всем нам известны задачи здравоохранения и я думаю, что вы согласитесь, что это внедрение в наше наследие санитарно-культурных навыков, борьба за санитарную грамотность и т. д.

Надо сознаться, что в этом отношении у нас сделано чрезвычайно мало, это я говорю про РСФСР. По Украине, как будто бы, имеется большой сдвиг, но объясняю я это тем, что там больше средств ассигновано органами здравоохранения, а поэтому делу уделяется больше внимания.

Мне хочется в своей небольшой вступительной речи сказать о задачах санитарного театра с точки зрения НКЗ. Мне кажется, что наши театры должны стать агитпропагандой НКЗ и проводить эту массовую работу всюду и везде. Там, где только имеются организация масс, воздействие на эти массы, там наши театры, безусловно, должны участвовать и проводить свою работу.

Каким образом они должны проводить свою работу, вы это знаете, и сами уже сейчас делаете на этой главный упор. Мы вокруг каждого спектакля развертываем массовую работу: лекции, доклады врачей и т.д. Но, безусловно, этого недостаточно. Мы хотим, чтобы наши театры переключились и не только давали тематику малых форм, как обслуживание колхозных базаров, кукольный театр, обслуживание цехов на производстве, но также ставили большие художественные вещи. В данный момент это нас очень интересует. Мы очень много над этим думали и пришли к такому заключению, что нам нужно максимально заняться этим вопросом.

Товарищи, возьмем хотя бы НКФ. Он ставит такие большие художественные вещи и зритель зная, что его агитируют на подписку займа и т. п., все же после спектакля идет навстречу этим компаниям. Нам в своей работе тоже нужно создавать такие большие художественные вещи.

Мы должны сказать, что у нас нет таких больших художественных вещей, а создать нам их нужно, и как видно придется провести работу всем нашим организациям для создания таких вещей.

Я думаю, что эта конференция положит начало соединения и разрешит основные вопросы сегодняшнего дня, разрешит все те формы работы, которые имеются и поставим более широко те задачи, которые должны стоять перед НКЗ.

Дальше нас, как НКЗ, весьма интересует вопрос проведения трудотерапии на курортах, в домах отдыха. Этому вопросу мы придаем осень большое значение лишь только потому, что, если взять наши курорты, наши дома отдыха, то мы видим, что там выступает Гомэц[2], который по существу преподносит зрителю халтуру, и это не отвечает тем задачам, которые мы ставим перед отдыхающими.

Мы хотим использовать наши театры и создать теперь музыкальные группы, которые будут обслуживать отдыхающих. Мы хотим, чтобы отдыхающие получили приятный отдых, развлечения и поставили перед этими музыкальными группами вопрос о том, чтобы они возбудили в самих отдыхающих самодеятельность к театральному искусству. Эту основную задачу ставит НКЗ.

Дальше в области физкультуры. Мы тоже хотим поставить пропаганду в этом направлении как можно шире. До сих пор пропаганда физкультуры нашего театра была стара, должной работы не велось. В данном случае мы поставили вопрос перед нашими драматическими группами театра НКЗ, что бы они в основном работали при санитарно-культурной базе ЦИКиО. Сейчас на этот театр мы возлагаем большие надежды. Мы думаем, что этому театру удастся организовать массы на санитарную работу ЦПКиО. Этому театру придется внедрять в массы наши идеи, и я считаю, что эта задача очень благодарная.

Наконец, надо сказать о малых формах. Я вовсе не хочу недооценивать работу малых форм, но у нас в театре НКЗ малые формы только что начинают развиваться и мы придаем им большое значение.

Возьмем постановление ЦК партии о колхозных базарах, где говорится о том, что не нужно пренебрегать формой работы на колхозных базарах, нужно прибегать к панорамам и кукольному театру и т.п.

Мы слышали, что Московский кукольный театр имел успех на колхозных базарах, учитывая это, мы при своем театре НКЗ создаем кукольный театр. Из этого видно, что пренебрегать малыми формами нельзя.

Мне кажется, что структуру всей работы санитарных театров нужно поставить таким образом, чтобы были и малые формы и большие формы, и ставить и те и другие вещи. Малые формы должны отражать отдельные эпизоды и мобилизовать все трудящиеся массы на борьбу за чистоту на новостройках и в быту. Безусловно, это нужно поставить нашей основной задачей.

Надо работу театров санитарной культуры поставить таким образом, чтобы зритель, уходя с наших постановок, чувствовал необходимость тех предприятий, которые должны быть спутниками его здоровья.

Так как на Украине имеется 6 театров санитарной культуры и они существуют довольно давно, у них есть большой опыт в работе, то я думаю, первым поставить доклад украинских театров, доклад нам сделает т. Ранов. После этого мы в порядке обмена опытом выслушаем остальных товарищей, которые расскажут о своей работе.

Мы не только ограничимся официальной частью, но у нас будет художественная часть и театр НКЗ покажет вам свои вещи.

У меня имеются следующие предложения выбрать в президиум: от НКЗ РСФСР – т. Мешалина, от НКЗ Украины – т. Ранова[3], от театра НКЗ – т. Сенобишева[4], от Института санитарной культуры – т. Шухман[5], от театра НКЗ – т. Клевцова[6] и т. Лапина[7] (возражений нет).

 

Выступление Шухман,
руководителя театра Института санитарной культуры.

Товарищи, разрешите поделиться тем опытом работы, который имеется у нас в театре Института санитарной культуры.

Этот театр существует с 1924 г. Как видите, он занимает почетное место по длине своего существования среди других театров санитарной культуры.

Что было сделано этим театром за это время, какой путь мы прошли. Театр начал свое существование с бригады при одном из домов санпросвета. Затем театр был передан Облздравотелу и из Облздравотдела Институту санитарной культуры.

Каковы были формы работы этого театра. Во–первых, агитационные суды, блузы, агитобзоры и т.д. В отношении художественной работы за эти годы театр дал значительное увеличение.

Театр работал с режиссерами, главным образом первого МХАТ-1 и МХАТ-2. У нас имеются такие актеры, которые работали уже 8 лет.

Какова была продукция за эти годы. За 8 лет мы выпустили 32 постановки. Сюда входят и те агитационные суды, которые были в количестве двух.

Каково было содержание наших постановок. Как раз на днях у нас было такое совещание, на котором мы известным образом подытоживали нашу работу. По содержанию наш театр отражал следующие вопросы: вопрос проституции, вопрос алкоголя, вопрос туберкулеза, вопрос знахарства, физкультуры, и антирелигиозные вопросы. Вот та тематика, которую мы проделали за 8 лет.

Отвечали лишь тем заказам, которые предъявляло здравоохранение в восстановительный период. Да, отвечали. Но отставали от тех темпов, которые были в данное время. Да, мы отставали от темпов социалистического строительства.

Подробно я не буду останавливаться, но я хочу сейчас перейти к тому, какова сейчас работа театра и какие перспективы театр намечает в дальнейшем. Не буду повторяться, репертуар – это самое больное место. В этом 1932 г. у нас выпущена только одна пьеса «Доктор Егор Кузнецов», а из репертуара было изъято две пьесы «Орехова девушка» и «Под углом». Кроме того, намечается «Цианистый калий», и «Почему у нас нет детей». Вот наш репертуар на сегодня.

Что мы сделали сейчас, чтобы пополнить этот пробел. Сейчас театр работает над пьесой, написанной доктором Нестеренко[8], называется эта пьеса «Магомед и бригадир». Содержание этой пьесы – это работа общественности, работа актива, в борьбе за оздоровление труда и быта. Ставит эту постановку нам театр им. Е.Б. Вахтангова[9].

Надо сказать, что сейчас мы переходим к работе совместно с театром, ищущим, но еще не нашедшем свой прямой путь, с театром им. Е.Б. Вахтангова. Сейчас мы работаем под его непосредственным руководством. Эту постановку ставят два режиссера Рапопорт[10] и Козловский[11].

Кроме того, театром намечена большая работа с педагогом театра им. Е.Б. Вахтангова Б.В. Щукиным[12] по выпуску классических произведений.

Перехожу к вопросу о кадрах и повышению квалификации. Нужно сказать, что кроме репертуара, кроме этого основного пробела, который мы имеем в работе, большим недочетом является наш актерский состав. У нас нет кадров. Сейчас первый художественный театр забрал одного из лучших актеров тов. Сухарева, и мы в течение двух с половиной месяцев не можем найти актера на первую роль. Я думаю, что в других театрах этот вопрос стоит не менее остро. Год тому назад при театре санитарной культуры была организованна школа. В состав школы входило не больше 13–15 человек. В течение года был известный отсев и сейчас мы имеем 11 человек. Школа оказала нам известную помощь и в дальнейшем мы возлагаем на нее большие надежды. Часть учащихся уже перешла к нам в актерский состав и теперь является вспомогательным составом. Занятия ведутся педагогами театра им. Е.Б. Вахтангова.

В отношении повышения квалификации кадрового актерского состава я упомянула о том, что сейчас мы приступаем к работе над классическими произведениями. До сих пор у нас были только разговоры. Я не могу вам сегодня конкретно сказать о том, на каких вещах мы конкретно остановимся. Может быть, мы остановимся на вещи Гамеуна «Перед восходом солнца». Во всяком случае, мы должны идти по пути повышения квалификации нашего актера. Мы имеем ввиду в декабре месяце на основе конкретно-разработанного плана начать занятия по повышению марксистско-ленинских знаний актера, по повышению его знания в области здравоохранения, санитарной культуры и по непосредственному повышению сценической квалификации. Мы намечаем одно классическое произведение, которое будет выпущено с целью повышения квалификации. Мы не будем особенно спешить с выпуском этой вещи, так как обстоит дело с подъемом квалификации наших актеров. По вопросам санитарной культуры у нас были попытки и в прошлом и в позапрошлом, но они не увенчались успехом. Во всяком случае, сделано очень немного. В отношении повышения марксистско – ленинских знаний, сделано следующее. Приглашен педагог, который проводит в этом году курсовые занятия. Наш театр передвижной, он обслуживает Московскую область и Москву. В этом году мы выезжали на Урал, обслуживали Златоуст, Магнитогорск, Свердловск, выезжали на Украину, это было сделано по договору с администрацией в связи с финансовым прорывом, который имелся. В основном наши установки – обслужить Московскую область и город.

Как мы продвигаем спектакли. Планово или непланово. Пока у нас нет планового продвижения спектаклей. Как я слышала от товарищей с Украины, там театр планово строил свою работу. У нас же самотек, т. е. мы обслуживаем клубы и аудитории самотеком. Аудитория не подготовлена к нашему выступлению. Это не та аудитория, которую бы нам хотелось обслужить. Сейчас перед нами стоит вопрос о плановом продвижении спектаклей через областной и городской здравотделы посредством заключения договоров.

У нас имеется при театре цех больших форм и малых форм. Раньше у нас было два театра, а сейчас один театр с двумя цехами. Цех малых форм раньше был кукольным театром, сейчас имеем здесь специальную форму, куклы и актеры, но работы театра малых форм в широком плане у нас нет. Такая форма была несколько лет тому назад. Мы не против этой формы, и мы ее думаем успешно продвигать в этом году. Такой коллектив у нас будет организован, а сейчас экспериментальная работа дала свои результаты и эффект. Если проследить за работой кукольного театра малых форм, можно видеть известный сдвиг. Наш театр является пионером в деле смешанной игры куклы и актеры. Если мы говорим, что возможно мы откажемся от этой формы для города, то, во всяком случае, для детской аудитории и для школьников мы эту форму сохраним. Но мы, конечно, не говорим, что мы на этом замрем, сдвиг должен быть. В отношении плана по тематике мы говорим, что тематика на 1933-й год должна соответствовать задачам социалистического строительства, исходить из планов здравоохранения. Наша тематика будет построена соответствующим образом. Мы возьмем максимум три пьесы. В репертуаре мы будем готовить 4–5 пьес, но к выпуску мы можем наметить максимум три постановки.

О санитарно-культурном окружении театра. Схема, которую вы видите на доске, это то, что мы должны сделать. Может быть здесь указано не все что нам необходимо, целый ряд мероприятий в схему не вошел. Мы отнюдь не против их включения.

Мы очень мало сделали до сих пор по санитарному окружению спектакля. Очень часто выставки не соответствовали теме данного спектакля. Сейчас мы думаем акцентировать основное внимание по линии санитарно-культурного окружения театра. Эта специфика, которую должен иметь театр санитарного просвещения. Очень часто наш театр превращается в зрелище, случайное зрелище. В клуб должен приехать Гомэц, выступление Гомэца почему-то осталось и вдруг выступает театр санитарной культуры. Мы имеем неподготовленную аудиторию и сейчас мы должны дать санитарное окружение. Как мы должны практически осуществить. Сейчас мы говорим, что может быть даже надо иметь одного врача в театре. Мы считаем, что наш театр должен взять минимум двух врачей, потому, что один врач, который находится в театре, с той работой, которую он должен провести, справиться не может, это будет лишь одними разговорами.

Мы стоим теперь перед тем, что очевидно, у себя в театре нам придется иметь двух врачей.

Теперь по поводу централизации на Украине. По-моему, это факт отрадный, и нам нужно сделать то же самое. Я не вхожу в детали, может быть, там есть целый ряд отрицательных моментов, но факт тот, что НКЗ концентрирует у себя руководство театрами, что там вопрос не только репертуара, но вопрос руководства этими театрами, вопрос финлана, все это сконцентрировано в НКЗ. Мы же на сегодня не можем сказать, сколько у нас театров по РСФСР. Возьмите такое явление, что т. Ранов не только знает, сколько у него театров, и что делается в каждом театре, но знает и каждого актера. Мы же, живя в Москве, только сегодня впервые встретились, мы не знали вашего репертуара, а вы знали, что идет у нас.

Я думаю, что сегодня нам нужно сказать о таких совещаниях театров по РСФСР. Нам нужно подобное совещание организовать в 1933 г. Возьмите хотя бы такой факт. Мы получаем по Западной Сибири письмо, где нам пишут «пришлите, пожалуйста, пьесу «Среди старых корней» Петропавлова». За что это говорит, вы сами прекрасно понимаете.

Такие совещания по РСФСР необходимы и, может быть, нужно подумать о всесоюзном совещании театров Санпросвета, подготовиться к этому и т.д.

Теперь по поводу нашей работы. Я бы сказала, что условия для работы нашего театра не совершенны. Нам негде даже развернуть свои работы. Правда, у нас есть база при Институте, и вы видели ее, но площадка никуда не годится. Нам негде работать и до сих пор мы не можем добиться по линии Облздравотдела, чтобы нам было дано помещение. В этом отношении НКЗ сделал некоторые шаги.

Теперь по поводу стационара. Мы сейчас придумываем, чтобы наши театры сделались из передвижных полупередвижными, и, может быт, нам удастся придумать что-то вроде стационара.

Теперь насчет авторов и режиссеров. До сих пор мы не шли, как Украина, по линии Всекодрамы, а мы заказывали пьесы разным авторам. У нас работает Слезкин, Павлов и Яновский. Платим мы деньги большие, а толку очень мало. Во всяком случае, у нас в портфеле лежит 4 пьесы, написанные этими авторами, а если посмотреть их, то каждая из них требует коренной переделки.

Слезкин представил пьесу очень хорошую в художественном отношении, но там нет санкультмоментов. А он говорит, что паносы его не интересуют и переделывать пьесу он не будет.

Сейчас нам придется пойти по линии, которой мы шли до сих пор, а именно дать эти пьесы для переделки или доктору Вернеру, или доктору Нестеренко.

Сейчас мы приступаем к постановке доктора Нестеренко. Он написал пьесу, и театр Вахтангова нашел ее лучшей.

Я хочу сказать, что у нас нет определенных авторов, которые бы работали на наш театр, которые бы расширили наш театр.

Точно также по линии режиссеров. У нас нет определенных режиссеров, которые бы дали определенное направление и определенный стиль нашему театру. До сих пор мы приглашали разных режиссеров, а теперь мы идем по пути работы с определенным театром, театром Вахтангова, и я думаю, что теперь мы сможем решить задачи, стоящие перед нами.

С обменом опытом у нас неблагополучно. Ничего в этом отношении не делается. Мы друг другу не пишем и репертуаром не обмениваемся. Сегодня мы должны положить начало этому делу.

Наш театр ставит себе задание продвижения не только тематики через наши театры, через театры санитарной культуры, но также и через другие театры. Вот по какому пути мы идем сейчас.

Теперь по поводу намеченной нами работы. Это по линии репертуара для самодеятельных кружков и агитбригад. На днях я отмечала безобразное пренебрежительное бюрократское отношение театров, и в частности и нашим, к самодеятельным драмкружкам. К нам поступают запросы дать для драмкружков Санпровета руководителей, для кукольных театров, а мы никого не посылаем на периферию и не можем обслужить наши театры.

 

Выступление Зябликова[13],
представителя Московского театра Института санитарной культуры

<…>

Зябликов. – (Представитель от Московского театра Институт санитарной культуры) – Я начну с недочетов работы театра санпросвета. Отсутствие санпросветского окружения ставит спектакль в очень невыгодное положение. Администрация очень часто зажимает, и у нас получается громадный разрыв.

Возьмем пьесу «Егор Кузнецов». Данная пьеса требует обязательно разъяснительного слова, потому что очень трудно уловить, где идет чисто театральное действие, а где начинается санпропаганда. Нам нужно обязательно обратить на это дело внимание.

Я думаю, что Институт санитарной культуры в конце концов обратит на это внимание и будет проводить работу так, как это нужно, а не так, как это проводится. Вот вам пример. Очень часто открыта касса, продаются билеты, и здесь же ведутся переговоры, что вы, мол, санпросветцы, должны идти в массы, и т.п. и т.д. – и проводить это бесплатно.

Об условиях работы в клубах. Ни для кого не секрет, что передвижные театры находятся в ненормальных условиях, и это иногда отражается на художественной стороне пьесы. Приезжают в клуб, дается площадка, а об актерах совершенно не думают. Они сидят чуть ли не на головах друг у друга, нет даже зеркала. Выходят играть, потом докладываешь Институту санитарной культуры, а он относится как-то странно – ладно, мол, сыграли – и все.

Товарищи, об этом надо кричать. Наш театр существует 8 лет, его знают, а посмотрите, имеет ли он подходящее помещение. Нет, до сих пор не имеет. Отсюда нужно сделать вывод, что Институт санитарной культуры казенно относится к этому делу. Тут какой-то самотек. Из-за этого у нас текучесть рабочей силы. Таким образом, мы своих кадров не закрепим.

 

Выступления представителей
Института санитарной культуры Каркашвили[14], Лапина.

Каркашвили. – (Институт санитарной культуры). – Поскольку у нас собралась эта конференция и встретились театры Москвы и Украины – этому слава и честь. Спасибо тем, кто это организовал, но здесь было много разговоров относительно репертуара и санитарного окружения, и мало говорили о самих актерах. Товарищи, давайте поговорим о самих актерах, давайте не забудем их. В большинстве работники нашего театра, актеры передвижных театров находятся в очень тяжелых условиях. Коли бы нам уделяли больше внимания, тогда и требовать от нас было можно, была бы лучше поставлена художественная работа. Институт санитарной культуры должен помнить о своих актерах и идти навстречу.

Мне хотелось бы, чтобы продажа спектаклей не была поставлена так, как у нас это имело место прошлым летом. Люди думали о том, как бы заработать не спектакле, а будет ли это культурный спектакль или Гомэц, будут ли глотать живых змей или разговаривать о санкультуре, это не имеет значения. Поскольку вы собрали конференцию, значит, вы болеете обо всех этих вопросах. Необходимо как можно скорее созвать Всесоюзную конференцию. Я работаю в Закавказском театре в г. Тифлисе у докторара Челидзе. Там также имеется опыт работы, и большой опыт. Мы имели целый вагон, в котором мы ездили по трем закавказским республикам – Армении, Азербайджану и Грузии. У нас был вагон-музей. Наш театр существует с 1921 года.

Смешно, быть может, до слез смешно, почему в печати до сих пор не поднимается вопрос о санитарно-культурном театре, почему наши начальники не ассигнуют средств на ряд статей, на периодические статьи даже в таких газетах, как «Правда». Это создает другое отношение к публике, более серьезное. У нас публика смотрит на театр санитарной культуры как на «Синюю блузу», как на агитку. Все это объясняется тем, что в журналах, в газетах нет статей по этому вопросу. Затем, почему нельзя устраивать специальные доклады, популяризирующие театр санитарной культуры, этот огромный рычаг на фронте культурной революции.

Я хочу поделиться с вами такой мыслью, можно договориться с заведующими большими клубами и иметь твердо зафиксированные дни, в которые будет выступать театр санитарной культуры со специальным спектаклем. К этим дням в порядке культурной работы будут подготовляться доклады. Я считаю, что у театра должны быть твердо зафиксированные дни выступлений. Затем можно будет организовать доклады на темы о достижениях и недочетах здравячейки на местах. Ведь существуют же на местах здравячейки, а если не существуют, их надо организовать. Относительно малых форм. У нас имеется соответствующий опыт. Мы проводили во время посевной кампании работу с малыми формами. Мы выехали в Мытищенский район и дали ряд спектаклей на полях, причем опыт показал неправильность того взгляда, что якобы взрослые люди не интересуются куклой. У нас имеются отзывы, интересующиеся могут их прочесть, о том, что люди усталые, проработавшие целый день, с удовольствием смотрели кукольный театр. Малые формы дают нам большие возможности. Мы можем уложиться в чемодан, можем, имея пять человек, дать целый законченный художественный спектакль. Я считаю, что надо всецело развивать малые художественные формы.

Разрешите мне еще раз сказать о том, что надо думать о бытовых условиях актера, о том, чтобы актер приехал в готовое помещение, чтобы ему не приходилось налегать только на хлеб. Кто-то должен позаботиться о бытовых условиях. Вы должны понять, что от этого вы только выиграете, сплошь и рядом, когда мы приезжаем в районы для работы, абсолютно никто не заботится о создании мало-мальски сносных условий для актера. Мы начинаем объяснять, что театр санитарной культуры, что мы приехали давать спектакли, и т.д. Нам обещают по телефону выделить лошадь, а потом говорят: «Вы народ не гордый, вы и пешком можете пойти», все эти мелочи имеют огромное значение. О наших актерах вы должны заботиться, и для нас это будет играть огромное значение.

Еще мне хотелось бы сказать следующее. Нужно поставить обмен опытом театров. Хорошо бы театру Украины побывать в Москве, а московскому театру – на Украине. Это привлечет к нам больше внимания.

Лапин. – (Институт санитарной культуры). – Я начну с выступления т. Ранова. Он привел выдержку, а потом читает: «Значение санпросветустановок, пишет Френкель, заключается еще в том, что они содействуют пробуждению в зрителе так называемого «аппетита» санитарных знаний». «Санитарная пьеса – это одна из лучших наиболее … и интересных для массы пьес видов санпросветпропаганды».

Мне кажется, Френкель это сказал в 1922 г., а Лапин повторил, выпуская учебник в 1932 г. Винить Френкеля, конечно, нельзя, а мы можем поставить эту вину т. Лапину, и мы это поставим. Тов. Лапин не отказался от того, чтобы не повторить Френкеля. Я же ожидал от т. Ранова, что, приведя эту цитату, он в дальнейшем наметит тот путь и то новое качество санпросветспектаклей и санпросветпьес, которые мы сейчас должны иметь. Но мы от него этого не слышали.

Вот один пример, который он привел в качестве резюме. Он говорит: «Характеристика современного спектакля определяется в окружении». Специфика спектакля определяется в окружении. По-моему, это не так. Я смотрю на спектакль, на каждую пьесу, как на художественное произведение, и оно должно прежде всего отвечать само за себя, и вот тот идеал, к которому мы должны стремиться. После прослушивания пьесы каждый должен подняться с места и уйти под впечатлением этой пьесы. Наша задача заключается не в том, что говорил Френкель и что в 1932 г. повторил Лапин, но наша задача – пьесой организовать волю рабочего класса и крестьянства на оздоровительные мероприятия в области здравоохранения на все дело социалистического строительства. Вот наша задача, и так надо писать пьесы авторам. Это будет идеалом. Но едва ли можно нам думать о том, что мы выступлением врача, дополнительной выставкой или еще какими-либо другими формами сможем добиться того, чтобы эта организация воли была проделана.

Товарищи, выставки, стенгазеты, физкультигры и т. п. мы делать должны. Нас приглашают в кино, в театры, и мы можем договориться об этом. Это делать нам разрешают, но специфика должна заключаться в самой пьесе.

Теперь, как же лучше руководить этими театрами. Здесь об этом ничего не говорили. Выходит так, что как будто бы все думают об этом одинаково, но в [кулуарах] мне приходилось слышать, когда актеры говорили, что лучше бы передать театры санитарной культуры в Управление художественных предприятий, там, мол, это дело наладится, и нас будут брать в клубы, на предприятия и куда хотите. Я считаю, что если бы была дана такая установка, то она в корне неправильна. Руководителем театров должно быть здравоохранение. Во главе театра должен стоять врач и художественный руководитель – режиссер, но, конечно, при такой системе художественное руководство должно быть одно, и нельзя допускать, чтобы у нас работали 3-4 режиссера разных школ. Надо делать так – работать с одной школой, если театра Вахтангова, так Вахтангова, МХАТ, так МХАТ, а авторов нужно черпать отовсюду. Но все же, я считаю, что было бы очень желательным иметь своих авторов, воспитывать их.

Давайте возьмем старую систему. Может быть, она была и кустарной, и пьесы давали наши авторы-врачи – Френкель, и другие, но все же пьесы мы получали подходящие. Я думаю, что нам нужно обратить внимание на работу с авторами. Нам нужно их так воспитать, чтобы они в художественном отношении нас удовлетворяли.
  

РГАНТД. Ф. 178. Оп. 5. Ед.хр. 8. Л. 1–3; 20–24; 31–36об. Подлинник. Машинопись.


[1] Мешалин […][…] – председатель объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР, состоявшейся в декабре 1932 г.

[2] Гомэц […][…] – актер.

[3] Ранов А. […] – участник объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР, состоявшейся в декабре 1932 г. , от НКЗ Украины.

[4] Сенобишева […][…] – участник объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР, состоявшейся в декабре 1932 г. от театра НКЗ.

[5] Шухман […][…] – руководтель Института санитарной культуры, участник объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР, состоявшейся в декабре 1932 г.

[6] Клевцов […][…] – участник объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР, состоявшейся в декабре 1932 г. от театра НКЗ.

[7] Лапин […][…] – участник объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР, состоявшейся в декабре 1932 г. от театра НКЗ.

[8] Нестеренко […] […] – врач, автор пьесы «Магомед и бригадир».

[9] Вахта́нгов Е.Б. (1883–1922) – российский и советский актёр, театральный режиссёр, основатель и руководитель (с 1913 года) Студенческой драматической (в дальнейшем «Мансуровской») студии, которая в 1921 году стала 3-й Студией МХТ, а с 1926 года – Театром им. Евгения Вахтангова.

[10] Рапопорт И.М. (1901–1970). С 1918 – актёр и один из организаторов «шаляпинской студии». С 1924 работал в 3-й Студии MХАТ (с 1926 – Театр им. Вахтангова). В 1934–1941 и 1946–1950 преподавал во ВГИКе, в 1942–1946 – в студии Московского театра оперетты, с 1950 – профессор ГИТИС (факультет музыкальной режиссуры), с 1953 преподавал в театральном училище им. Б.В. Щукина. Заслуженный артист РСФСР (1937). Заслуженный деятель искусств РСФСР (1946).

[11] Козловский А.Д. (1892–1940). Ученик Евгения Вахтангова (1915-20), актер, режиссер, композитор. Служил в Театре имени Е. Вахтангова с 1920 по 1940 год. Преподавал в Московской драматической Студия им. Е.Б. Вахтангова ( с1939 г. – театральное училище им. Б.В. Щукина).

[12] Щукин Б.В. (1894–1939) – советский российский актёр театра и кино, педагог. Народный артист СССР (1936). Лауреат Сталинской премии первой степени (1941 – посмертно).

[13] Зябликов […][…] – участник объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР, состоявшейся в декабре 1932 г., представитель от Института санитарной культуры.

[14] Каркашвили […][…] – участник объединенной конференции санитарно-просветительных театров РСФСР и Украинской ССР, состоявшейся в декабре 1932 г., представитель от Института санитарной культуры.

© РГАНТД, 2002–2017
Использование материалов сайта РГАНТД допускается только после письменного согласия администрации сайта.
При использовании материалов сайта указание источника (РГАНТД) и гиперссылки на http://rgantd.ru обязательно!

Яндекс цитирования

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru

Сайт ВНИИДАД Сайт 'Вестник архивиста' Официальный портал РОИА Официальный сайт Роскосмоса